Фанфик Последняя из рода Блэк - Страница 125


К оглавлению

125

Я сплюнула и оставила Снейпа и директора с горе-аврором.

Упустила.

Снова упустила.

Что за лошара.

Нас всех загнали в этот шатер и дали вытянуть по фигурке дракона из мешка. Я на правах самой молодой и самой наглой влезла вперед, хорошенько пошарила и вытянула то, что и хотела — венгерскую хвосторогу.

До начала состязания оставалось минут пятнадцать. Крам сосредоточенно хмурился, Делакур нервно шагала по палатке, я поила Диггори супрастином, чтобы хоть как-то избавиться от красных пятен на его лице. Судя по всему, аллергия на драконью желчь, которая входила в состав защитного бальзамчика. Надо бы дать ему еще бодрящего чего-нибудь, чтобы не уснул после таблетки.

Скитер влетела в палатку, как раз когда я гладила Диггори по голове и пыталась вспомнить, куда дела свою ненастоящую палочку.

— Улыбочку! — воскликнула она, и нас ослепило вспышкой. — Прелестно, просто прелестно! Чувства, вспыхнувшие между соперниками! Запретная любовь и благородство!

Что за чушь?

— Вообще-то… — заикнулся Диггори, но не успел ничего опровергнуть: в шатер ввалились Бэгмен и Крауч-старший, и Скитер чудесным образом испарилась.

Бэгмен принялся вещать, а Крауч этак бочком подкатил ко мне.

— Грета, можно тебя на минуту, — он отвел меня в сторону.

— Ну? — грубовато спросила я, заранее подозревая, о чем он хочет поговорить.

Крауч юлил, извивался и сыпал бюрократическими словечками, напоминая раздражающую смесь Перси Уизли и МакГонагалл. Из хитросплетений его речи я поняла одно: Дамблдор рассказал ему о проказах сынули, и они вдвоем порешали оставить все в секрете от общественности. Тем более что настоящий Грюм оклемался и даже согласился преподавать.

— Ты не могла бы не рассказывать никому о случившемся? — наконец, изложил он свою просьбу, потому что я молчала, нисколько ему не помогая.

Я сперва хотела послать его далеко и надолго, но потом с прищуром оглядела с головы до ног.

— Предлагаю сделку. Что вы знаете о запрете на зачаровывание маггловских автомобилей?

Гелла, конечно, почти довел дело до конца… Но иметь в Министерстве лояльного чиновника на высоком посту — неплохая страховка на случай, если консерваторы из верхушки удумают препятствовать моему проекту.

— Но… зачем тебе это, девочка? — удивился Крауч.

— Давайте так, Барти… Ничего, что я к вам по имени — вы-то сразу на «ты» перешли? Я знаю о вас и вашей семье нечто такое, что возмутит магическое сообщество посильнее покушения вашего сынули на мою жизнь. Например, некоторые факты о вашей жене, которая мотала срок вместо сыночка. Вы гнусный тип, Барти, я не люблю таких. Соглашайтесь на мое предложение — поверьте, оно очень щедрое, если учесть, как я зла на вас и вашу семью.

— Мне нужно подумать… посоветоваться… — проблеял смертельно бледный Крауч, вытирая со лба пот платочком.

— Вы думайте, думайте. Времени вам — две недели.

Я вернулась к остальным участникам.

Недоумок. Неудивительно, что сын его ни во что не ставит.

И где, ради всего святого, моя палочка?

Глава 85. Пролетая над гнездом дракона

Варнинг! Глава содержит сцены жестокого обращения с животными.

Еще вчера у меня был довольно безобидный план относительно первого испытания. Заключался он в том, чтобы отвлечь дракона и стащить яйцо.

Но сегодня я была зла.

Зла на Крауча-младшего за то, что непонятно зачем втянул меня в Турнир. Зла на Дамблдора, который это проворонил. На Снейпа за то, что сразу не поверил моим подозрения относительно Грюма. На Грюма, за то, что этот идиот дал себя запереть в сундуке — даром, что аврор. На Крауча-старшего, который приперся со своими дебильными просьбами и без спросу начал фамильярничать. На совиную почту, которая слишком долго не могла доставить письмо Шноберта. Даже Кричер, блин, бесил — тем, что пытался меня напудрить перед испытанием.

В общем, на арену я вышла не в духе.

— Сонорус, — прошептала я, и мой усиленный заклинанием голос заглушил вопли комментатора и гомон трибун: — Эту победу я посвящаю тому, кто втянул меня в эту историю. Знай, мой недруг, если ты здесь, — я обвела взглядом притихшие трибуны. — В другой раз ты не сбежишь. Экспекто Патронум, твою мать!

Темная тварь вылетела из палочки и помчалась на дракона.

— Акцио, доска! Акцио, меч!

Я подпрыгнула и приземлилась уже на выскочившую с трибуны доску, отмечая радостно машущих Криви. Сунула палочку за ремень и помчалась к дракону, который поднялся в небо и устремился за темным патронусом. Патронус мчался к трибунам — он жаждал крови.

Драконье пламя испепелило тварь как раз в тот момент, когда мне в ладонь уткнулась рукоять Блинчикового ятагана.

Я настигла дракона на развороте. О, да, летом я бледнела и зеленела, но крепко-накрепко запомнила, куда надо бить, чтобы быстро и безболезненно завалить летающую ящерицу.

Уйдя от струи обжигающего пламени, я оттолкнулась ногами от доски и прыгнула.

Лезвие вошло в драконью голову точнехонько между чешуйками.

Застрявшая в драконе рукоять больно дернула руку, и я, кувыркаясь, полетела вниз.

— Акцио, доска!

— Вингардиум Левиосса! — вмешался Том, когда я сумела уцепиться за доску одной рукой, и она неуправляемо полетела к земле.

Мои ноги твердо встали на летающий скейт, и я выровнялась.

Дракон падающим самолетом спикировал на камни около яиц. Дернулся — и затих.

«Лечи руку!» — скомандовала я, устремляясь к яйцам.

Том привычно вправил мне кисть и произнес несколько лекарских заклинаний.

Я лихо, как меня учил Колин, затормозила у камней и прислонила доску к одному из них. Взяла золотое яйцо обеими руками и подняла над головой.

125